— Не ты ли Барекендан будешь, братец? Смекнул прохожий, что у женщины не все дома, и думает: «Дай-ка скажу, что я Барекендан, и погляжу, что из этого выйдет». — Да, сестрица, я и есть Барекендан. Что скажешь?
— А то скажу, что давно пора тебе забрать от нас рис да масло. Мы не нанимались хранить твое добро. Надо и совесть знать!
— Что же ты сердишься, сестричка-джан? За ними-то я и пришел: искал ваш дом, да все никак не мог найти.
— Ну, так иди и забирай! Прохожий входит в дом, забирает масло и рис. Поворачивается пятками к дому, лицом к своей деревне, и поминай как звали! Возвращается муж, жена ему и говорит:
— Приходил этот Барекендан, я швырнула ему его добро — унес!
— Какой Барекендан? Какое добро?
— Да вот масло и рис. Вижу, идет — наш дом ищет. Позвала я его, поругала как следует, взвалила ему мешок на плечи, он и унес.
— Ах, чтоб дом твой рухнул, глупая! Недаром я всегда говорю, что ты дуреха! В какую сторону он пошел?
— А вон туда.
Вскочил
Вскочил муж на коня и помчался за Барекенданом.
Барекендан обернулся и видит — догоняет его верховой. Смекнул, что это, должно быть, муж той женщины.
Вот всадник догнал его:
— Добрый день, братец!
— Доброго здоровья!
— Не прошел ли по этой дороге кто-нибудь?
— Прошел.
— А что он нес за плечами?
— Масло и рис.
— Вот его-то мне и нужно! А давно ли он прошел?
— Да уж порядочно.
— Если я поскачу за ним, успею догнать?
— Где тебе! Ты верхом, а он пешком. Покуда твой конь будет переступать четырьмя ногами: раз-два-три-четыре, он на своих на двоих бегом: раз-два, раз-два, раз-два — и нет его!
— А как же мне быть?
— Как тебе быть? Хочешь, оставь у меня коня, а сам, как он, беги на своих на двоих — может быть, догонишь.
— Да, это ты верно говоришь.
Слезает муж с коня, оставляет его у прохожего, а сам пускается пешком в путь. Как только скрылся он из виду, Барекендан взвалил на коня свою ношу, свернул с дороги и ускакал.
А муж идет, идет пешком, видит — не догнать.
Поворачивает обратно, а уж ни прохожего, ни коня нет.
Возвращается домой, и снова начинают они ссориться: муж — из-за масла и риса, а жена — из-за коня.
И до сих пор все еще ссорятся муж и жена.
Он ее обзывает дурехой, а она его — дурнем.
А Барекендан слушает да посмеивается.
