Среда 24 Октября 2018
Материалы отфильтрованы по дате: Июнь 2018 - Собеседник Армении

В Риге прошла презентация новой книги журналиста, издателя и общественного деятеля Латвии, одного из создателей и лидеров армянской общины страны Александра Героняна «Арменикенд и его обитатели».

Александр Геронян родился в Баку, где провел детство и школьные годы. Затем продолжил образование в Краснодаре, где с отличием закончил Кубанский госуниверситет. По приглашению ереванской родни он  переехал на родину предков, где начал свою журналистскую деятельность. Шесть лет работал в молодежной газете «Комсомолец».

С 1984 года живет и работает в Риге. Сначала был корреспондентом газет «Советская молодежь» и «Латвийский моряк». А с 1993 года стал издавать и редактировать ежемесячник для школьников «Наше поколение», а также газету армян Латвии «Арарат» и журнал  Конгресса армян Балтии «Крунк». Член Союза журналистов Латвии и Международной ассоциации писателей и публицистов. Награжден медалями «Вильям Сароян» Министерства диаспоры РА, «За литературные заслуги» Союза писателей Армении и «За просветительскую деятельность» Армянской апостольской церкви.

А. Геронян - автор, редактор и составитель около 30 книг.

К этой книге он шел давно. Покинув совсем юным родной Баку, он часто туда возвращался, как правило, два-три раза в год. Навещал родных, ходил на кладбище, где похоронены родственники с армянской (отцовской) и русской (материнской) стороны, посещал школьных друзей и гулял по любимому городу.

- Я рос книжным мальчиком, много читал и говорил без акцента, который был характерен для подавляющего большинства бакинцев, - говорит А. Геронян. –  К местным нравам относился довольно скептично. Но вот прошли годы, дорога в Баку всем нам, армянам, заказана, и я стал  тосковать по этому самому акценту, всем этим «пойдем-да!», «хватит-да!», по эмоциональным и веселым бакинцам. Все чаще стал вспоминать неповторимые бакинско-армянские хохмы. Ностальгия замучила…(улыбается). Вот и появилась на свет эта моя книга памяти, над которой работал два года.

Он  стал по обрывкам своих воспоминаний воссоздавать  тот город, который ныне неузнаваемо изменился, стал чужим.  Вспоминал случаи из той, прежней жизни, что-то придумывал, сочинял,  записывал истории своих друзей, переживших погромы 13-16 января 1990 года. Он целиком погрузился в атмосферу тех лет. И небывалое удовольствие получал от работы над своими текстами.

«Они с гордостью называют себя завокзальными, арменикендскими, разинскими, "с Хутора"... 

Они сквозь слезы вспоминают шумные и веселые  застолья, когда вся родня была вместе и все соседи были, как родные…

Они все чаще  задумываются над тем, что через  поколение их ностальгия угаснет: годы идут, а их дети и внуки, родившиеся далеко от Баку, не совсем понимают их душевных переживаний... 

Они навсегда потеряли родные могилы и стали хоронить своих близких в чужой земле...

Они хотели бы "хоть на денек" вернуться в родной город, но понимают, что их там никто не ждет, что все там уже чужое... 

Я - один из них. 

Мы распрощались со своим прошлым, навсегда перевернув бакинскую страницу.  Жизнь продолжается…

Эту книгу я посвящаю моим дорогим землякам – бакинским армянам всех поколений, с которыми хочу поделиться своей радостью, болью и печалью.

Выражаю искреннюю признательность моим соотечественникам, уроженцам Баку,  благодаря которым  книга  увидела свет  в Москве. Это Армен Багиров,  Карина Лазарева, Яков Бурджибалян,  Вачаган Погосян, Андрей Мосесов, Карлен Данелян и Стас Оганян», - пишет автор в предисловии к книге.

- В июне 2007 года в московской газете «Ноев ковчег», с которой я тогда активно сотрудничал, опубликовали мою статью о знаменитых армянах Баку. Написал ее в память о старом добром городе, который я так любил. А еще хотелось выразить  возмущение   политикой Азербайджана относительно армян, выходцев из этой республики. Нам туда попасть почти невозможно – докажи свою лояльность, потом власти решат, пускать тебя «на праздник жизни» или нет. Хотя, собственно говоря, лично мне посещать там уже некого и нечего: из родных, соседей, друзей, одноклассников почти никого не осталось, а могилы предков сравняли с землей бульдозеры и асфальтоукладчики вандалов… Но обидно другое: азербайджанский агитпроп, фальсифицируя историю,  всячески принижает или вовсе умалчивает роль армян в становлении республики. Вот им в отместку (улыбается) я решил написать о моих соплеменниках, которые там родились или жили какое-то время, прославившихся  далеко за пределами Апшерона. Про тех, которые в нынешней Азербайджанской Республике как бы  «вне закона» - о них не принято вспоминать, - говорит Александр Геронян. - Реакция большинства читателей оказалась, мягко говоря, неадекватной. Я писал статью из лучших и добрых побуждений, отдавая дань памяти моим знаменитым землякам. Но оказалось, что дал лишний повод для ведения активных информационно-боевых сражений в Сети. Короче, комментарии – а их писали аж целых два  года (!) после газетной публикации – превратились в обычную  перепалку между армянскими и азербайджанскими юзерами. Всю ругань я убрал, а некоторые посты  все же решил опубликовать в книге, как и саму статью «Приморский бульвар, или Армянский след в Баку».

Баку был многонациональным  городом, куда съезжались в поисках заработка люди со всех концов Российской империи, в том числе и армяне, вчерашние крестьяне и ремесленники, которые начали трудиться на нефтяных промыслах.

«Периферийным  городским слободкам  названия давали экзотические – Чемберекенд, Нагорная, Кишлы, Завокзальная, Молоканка… Новичка окрестили  на местном наречии  Арменикендом – армянской деревней (поселком)… При царе именовался Новым поселком, при Советской власти – Шаумяна, в конце 80-х «деарменизированных» годов ему присвоили имя некоего Мамедьярова. Но в  народе этот колоритный район  всегда оставался   Арменикендом», - пишет автор.

Сам Геронян родился и провел детство на Завокзальной. Но книгу решил назвать не совсем «автобиографично» - слово «Арменикенд» он счел более точным и уместным.

Книга состоит из двух частей. В первой («… И солнце светит всем») повествуется о том беззаботном времени, когда  в Баку все были вроде бы равны (но начальственные кресла, как правило, занимали представители титульной нации) и пятым пунктом в паспорте мало кто интересовался. А вторая часть («Вот и все…») посвящена трагическому исходу армян из родного города, где они проживали с середины 19-го столетия.

Открывает сборник рассказ «Пасхальные яйца» - история одичавшего беженца, Месропа из Карса. Во время геноцида он потерял всю семью, добрался каким-то образом до Апшерона. Но турки, спустя три года, и там достали несчастного и его соплеменников: вновь пролилась армянская кровь. Герой рассказа совсем лишился разума, и в одном из дворов, куда прибился беженец, его окрестили Гиж (Сумасшедший) Месроп.  Тихим был бомж, беззлобным, и только в день Пасхи, когда армяне Баку справляли Затик, в него словно вселялся бес…

«Несостоявшийся проект» - история о том, как бакинские армяне бурно обсуждали богатого зарубежного соотечественника Галуста Гюльбенкяна, который вознамерился построить  подобный  Елисейским полям шикарный проспект от Эчмиадзина до Еревана.

Без воровской и блатной тематики, рассказывая о Баку 60-80-х годов нельзя было обойтись. И автор, досконально изучив криминальный мир тех лет, написал три рассказа – «Концерт под небом в клеточку», «В лабиринтах Кубинки» и «Похлударья».

Своей тете, тоже уроженке Баку, известному в Армении деятелю культуры Эльмире Абрамовне Экекян он посвятил рассказ «Блистательная Жасмен».

На Кавказе всегда любили вкусно поесть. Об этом рассказ «Пальчики оближешь!»  А о незадачливом и говорливом торговце  вареным горохом в кульках, который «обслуживал» пивные Арменикенда, повествуется в рассказе  «Питательно и полезно».

Неповторимому армяно-бакинскому юмору посвящен рассказ «Рапик, Сумбат Арутюнович и др., или За упаковка его души!»

Вот, почитайте:

- Рапик, папа дома?

- Пока да, но сейчас его выносить будут.

- Рапик, папа на работу устроился?

- Да, под ним тысяча человек.

- Ого! А что он делает?

- Траву косит на кладбище.

Рапик, юный изобретатель и рационализатор, соединил у себя дома газопровод с водопроводом. Теперь у него в квартире всегда есть газированная вода.

- Рапик, босиком не ходи, кепка надень.

- Рапик, не пей горячий кофе. Мочевой пузырь лопнет – ноги обожжешь.

- Рапик, пей кефир, чтоб ты сдох! Тебе поправиться надо.

Три последние фразы, как вы догадались, принадлежали маме  нашего героя. И вообще,  излишне эмоциональные женщины Арменикенда или Завокзальной  порой такое выдавали!

Жена кричит мужу на весь двор:

- Уйдешь, ключ на пороге под половиком спрячь!

Женское проклятие:

- Ахчи, мартет пахчи! (чтоб твой муж сбежал от тебя! – прим. автора)

Мать кричит непослушному сыну-подростку, который без ее разрешения собрался поехать на пляж  с одноклассниками:

- Утонешь в море – домой вечером не приходи!

Она же:

- Босиком не ходи - иди ноги надень!

Хотела сказать – обуйся.

Вторая часть «Арменикенда» - остро-драматичная. Некоторые рассказы нельзя читать без слез, как например,  о непутевом пьянице-газосварщике, который трагически погиб во время погромов. Его сожгли его же  газосварочным аппаратом, с которым почти всю жизнь был неразлучен («Серож»).

Остро сопереживаешь  юноше-беженцу, который пожил с мамой и бабушкой в ереванском пансионате, перенес все тяготы блокады и военного времени, потом уехал с семьей в Москву, а после отправился добровольцем в Карабах, где и погиб («Шуртвац»).

Две почти документальные истории, рассказанные друзьями автора о тех страшных днях января 90-го и предшествовавших им, – «Последний паром» и «Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы».

Рассказ «Муслим-муаллим» А. Геронян  посвятил Акраму Айлисли, известному писателю, которому  в Азербайджане устроили настоящую травлю за роман «Каменные сны». В Баку еще остались, к счастью, те, кто помнит старые добрые времена, кто спасал своих армянских друзей и соседей  во время погромов, кто тоскует по той жизни. Но их остается все меньше и меньше. Один из них – герой рассказа, учитель азербайджанского языка. Но в отличие от подвергнувшегося остракизму писателя  Муслим-муаллим не так смел и решителен. Он тяжело переживает, что Баку стал другим, что люди поменялись, что его собственный сын, успешный банкир, тоже превратился в  ксенофоба  и  проклинает во всех смертных грехах армян. Страдает старый учитель, но ничего поделать не может…

В конце книги Александр Геронян приводит высказывания известных журналистов, писателей, политологов и др. о событиях января 1990-го года. И еще там есть библиография - для тех, кто интересуется вековой историей бакинских армян и  трагическими событиями начала 1990 года в столице Азербайджана,  ссылки на книги, журнальные и газетные публикации,  а также поэтические подборки, которые  автор рекомендует почитать…

Остается добавить, что знаменитый ереванский художник Рубен Арутчьян сделал обложку, а секретарь правления Союза российских писателей Левон Осепян написал  вступление к «Арменикенду и его обитателям».

  • Номер выпуска N1-2 (51) 2016
Рубрика: ПАНОРАМА

Режиссер Дживан Аветисян, автор получивших множество международных наград фильмов «Теваник» и «Последний житель», этим летом приступает к новой картине про Арцах «Врата в рай» с участием дочери Владимира и Сати Спиваковых - актрисы Татьяны Спиваковой, ныне проживающей во Франции, актрисы Наиры Закарян из США и популярного армянского актера Соса Джанибекяна.

«Для меня, как для режиссера, очень важно, что в фильме будут играть актеры армянского происхождения, проживающие в разных странах и достигшие определенных успехов в своей профессии. Это не просто международный проект, это всеармянский проект», - говорит Дживан Аветисян. Фильм призван показать национальные ценности, задачи, борьбу армянского народа за свободу. С другой стороны, он, как, впрочем, и остальные работы Аветисяна, претендует на право величаться  искусством. «Мы делаем фильм не для внутреннего потребления, а для того, чтобы об армянах узнал мир… Армянское кино давно пора вызволить из ямы, в которую оно провалилось тридцать лет назад», - негодует Дживан и выдает свой рецепт выхода из ситуации: «Хороший сценарий. Продолжительная и тщательная работа над ним. Подготовка к съемкам. Копродукция. Сильная тема. Сильная команда, собранная из разных стран».

«Врата в рай» - общечеловеческая история, драма, имеющая интересный любовно-мелодраматический оттенок. Она происходит в период четырехдневной Апрельской войны в Арцахе.

«Мы представляем в фильме Арцах как состоявшуюся страну, где музы не молчат, когда воюют пушки, где наряду с войной может существовать и искусство», - говорит Дживан Аветисян.

Фильм «Врата в рай» - не о войне, а о людских проблемах на фоне войны. Он рассказывает о позабытом эпизоде Арцахской войны 1990-х, который раскрывается во время Апрельской войны 2016 года. В нем показаны воспоминания героев, события давнего прошлого, которые влияют на настоящее время.

Команда работает над проектом уже почти два года. Написан сценарий в соавторстве с Артаваздом Егиазаряном и Мко Малхасяном, сделаны раскадровки, подобран основной актерский состав, вскоре начнется процесс съемок. Более того, Татьяна Спивакова и Наира Закарян уже успели побывать в Армении, примерить костюмы, ознакомиться со сценами. Режиссер считает этот этап подготовки к фильму не менее важным, чем съемки. И если Спивакова была в Армении в детстве, 16 лет назад, то Наира приехала на историческую родину впервые. «Я рада, что знакомство с Арменией произошло через фильм Дживана Аветисяна, - говорит она и продолжает: - Очень важно выносить армянское искусство, язык, проблемы на международный уровень, потому что, когда Дживан приезжал в Бостон со своей картиной «Последний житель», было видно, насколько армянам заграницей не хватает соприкосновения со своей культурой. Когда-то об армянах в Нью-Йорке мало, кто знал, и это было очень неприятно, но чем дальше, тем больше пробел заполнился. Думаю, подобные проекты сыграли немаловажную роль в этом деле», - поделилась Наира своими мыслями.

В Наире Закарян режиссер увидел персонаж будущего фильма - Терезу. «Это героиня, оружием которой против войны является искусство. Черчилль как-то сказал, если во время войны сокращать финансирование на искусство, то зачем тогда воевать, раз мы не сможем творить?» - вспоминает актриса известные слова мудрого политика. 

Образ, который предстоит прожить в фильме Татьяне Спиваковой, - образ девушки, родившейся в Талише, потерявшей отца в предыдущей войне. Она стала певицей, жила во Франции и добилась карьерного роста, но не забыла о своих корнях. София возвращается в Арцах, чтобы представить своим землякам оперу, и вдруг начинается война, ставящая перед ней дилемму - приостановить репетиции и уйти на фронт или продолжить свою деятельность. Ведь неизвестно, через сколько времени завершатся бои. Героиня Спиваковой выбирает второй путь. Татьяна, прабабушка которой, кстати, родом из Шуши, видит свою героиню современной, сильной, ищущей выход из ситуации в своём  прошлом, пытающейся выяснить все темные моменты жизни и понять,  кто она такая. Как говорит, сама Татьяна, "музыка армянского у меня в крови".

В фильме используется  опера «Электра», связанная с судьбой героини, потерявшей отца.

«Сейчас мы пытаемся получить права на использование оперы «Электра». Должны сделать это с минимальными затратами», - рассказывает Дживан Аветисян. И вновь, как почти всегда в Армении, дело упирается в финансы. Снять достойный фильм при недостаточном финансировании весьма сложно. Тем более что съемки будут проходить не только в Армении и Арцахе, но и во Франции, США.

Около полугода проводилась краудфандинговая кампания, в результате которой уже собрано более 27 тысяч долларов, достаточных лишь для начала съемок фильма. Потому стартовал второй этап кампании, и продлится он до августа. В нем могут принять участие все, заинтересованные в представлении качественного армянского кино на международном рынке. (https:www.gofundme.com/gatetoheaven). А на площадке https://qiwi.me/gatetoheaven могут поучаствовать только  наши российские соотечественники.

Несмотря на то, что уже несколько стран приобрели право на демонстрацию фильма, имеющего сегодня достаточно весомый финансовый старт, увы, до сих пор нет поддержки от государства. Национальный киноцентр пока молчит и не спешит выделять необходимые средства для достойного завершения немаловажного для нашей страны фильма.

«Создание фильма - не самоцель и выручка денег. Важно понять, как верно его выстроить, чтобы он получился, - говорит режиссер. - И получился, исходя из небольшого финансового бюджета. В фильме очень интересно, в различных ракурсах, будет представлен Арцах, причем, 80 процентов картины - на английском. Таким образом мы сделаем его доступным и близким более широкому обществу. Именно на этом языке разговаривают в фильме друг с другом иностранные герои. Армяне же между собой, естественно, общаются на армянском. Это позволит вынести фильм на международную арену и доступно подать международному зрителю. Кино - своего рода оружие в политической борьбе, и надо использовать его по назначению».

  • Номер выпуска N1-2 (51) 2016
Рубрика: КУЛЬТУРА

По традиции в пору цветения абрикоса, в июле месяце, в Армении состоится кинофестиваль «Золотой абрикос».  А в преддверии этого события, 14 июня не стало большого режиссера, мастера Станислава Говорухина, картины которого любимы многими поколениями. В память о нем, мы решили опубликовать интервью взятое нашим корреспондентом на  «Золотом абрикосе» 6 лет назад.

- Станислав Сергеевич, когда вы впервые были в Армении?

- Впервые я был в Армении в шестидесятых. Меня тогда спросили: «Что вы хотите здесь увидеть? Куда вас повезти?», я ответил: «На Арарат!». Они все засмеялись, я не понял в чем дело, а оказалось, что Арарат совсем  в другой стране находится, но у нас-то он всегда ассоциировался с Арменией, вот я и оплошался. Потом я попросил кофе-по турецки, на что армяне обиделись: «Не по-турецки, а по-армянски!». Одним словом, забавная поездка была. Потом был мой второй визит в Ереван, куда я приехал вместе со своим фильмом «Место встречи изменить нельзя» на Первый Международный фестиваль телевизионных фильмов. В фестивале принимали участие двадцать два фильма, было огромное количество призов и единственный фильм, который не был отмечен ни одной наградой это «Место встречи изменить нельзя».

- Вы заметили изменения, произошедшие с Ереваном между вашим первым и последним визитом в Армению?

- Если уж прямо говорить, то кавказское гостеприимство приводит к тому, что ты сильно замутненным глазом смотришь на окружающее и мало что замечаешь вокруг себя. Город, может, и изменился, но люди остались такими же открытыми и гостеприимными, какими были всегда.

- В 2010-ом году вы были одним из гостей кинофестиваля «Золотой абрикос», ежегодно проводимого в столице Армении. Расскажите, пожалуйста, о ваших впечатлениях от фестиваля

- Меня больше всего восхитило внимание, которое руководители Армении проявляют к фестивалю. Чувствовалось, что и министр культуры Армении и министр иностранных дел  живо интересуются всеми фестивальными событиями.

- А разве крупнейшие российские кинофестивали проходят без государственной поддержки?

- Поддержка государства, конечно, есть, но при этом не всегда руководители государства интересуются, что происходит на фестивале.

-  Вы как-то говорили, что кино делается не для народа, а для фестивалей. На ваш взгляд, каким должно быть кино, чтобы его оценило жюри и каким, чтобы его оценил зритель?

- На самом деле, все зависит от фестиваля. Сегодня, например, в России есть немало фестивалей, где кино оценивает зритель, причем не современный «попкорновый» зритель, а так называемый советский зритель, то есть зритель, выросший еще в той стране, где к кино подходили с совсем другими мерками, получивший образование в советской школе, читающий книжки и воспитанный на хороших образцах искусства.

- Раньше вы снимали чисто мужское кино, но несколько ваших последних картин - это фильмы о женщинах. Как вы дошли до таких резких перемен?

- Ну, наверное, я почувствовал свою какую-то вину перед женщиной. Я наконец понял, что женщина гораздо интреснее мужчины, что она существо  гораздо более высокого порядка, и прийдя к этому, я решил показать это в своих картинах.

- Можно сказать, что в кино вы пришли из телевидения. А какие приемы вы принесли с собой в кино из телевидения?

- Если быть откровенным, то никаких. Я ведь работал на телевидении в то время, когда оно только зарождалось и никто ничего толком не знал, мы вместе всему учились, в том числе и на собственных ошибках. Вспоминая те годы я понимаю, что это был самый интресный период в моей жизни.

- Многие режиссеры часто снимают себя в собственных картинах, а почему вы этого никогда не делали, хотя в качестве актера снимались у других режиссеров, например, у Сергея Соловьева в «Ассе»?

- Ну, в эпизодах я себя снимал, напрмер, в крошечной роли в фильме «Благословите женщину». На самом деле, я небольшой любитель сниматься.

- В двух ваших фильмах «Вертикаль» и «Место встречи изменить нельзя» снимался Владимир Высоцкий. Как вам удавалось утвердить его на роль в ваших фильмах в тот период, когда Высоцкому, практически, не разрешали сниматься?

- Ну, это сказки о страшных советских временах. На самом деле, ни в первом, ни во втором случае не понадобилось никаких особенных усилий, чтобы пробить Высоцкого.

- А то, что Владимира Конкина в роли Шарапова вам навязала «Одесская киносудия» тоже сказки о страшных советских временах?

- Да, это тоже миф. Вы думаете, кто-то мог мне что-то диктовать в выборе актеров на главные роли? В советские времена очень редко случалось, чтобы какой-нибудь начальник из Госкино мог навязать режиссеру свое видение артиста. Я сам же и выбрал Конкина, отчего у меня возник конфликт с братьям Вайнерами, которые являлись авторами сценария. Сейчас я думаю, что они во многом были правы. В романе ведь описан совсем другой Шарапов – не голубоглазый и инфантильный, какого мы знаем по фильму. Он там такой же сильный, как и Жеглов. Вайнеры в романе описали совершенно другого человека, и во время работы над фильмом они пытались доказать мне, что командир разведроды должен быть таким же сильным, как Жеглов, он не должен уступать ему по силе духа. Сейчас я признаю, что со своей стороны допустил ошибку – не в Конкине, как актере, а в самом видении образа Шарапова.

- Если бы удалось все переиграть кого бы из актеров того времени вы сняли бы в роли Шарапова?

- Есть множество вариантов. Например, Коля Губенко или Леня Филатов. Кстати, я даже говорил с Высоцким по поводу Губенко, но он был категорически против, сказав, что они с ним по энергетике очень схожи и получилось бы, что они братьев-близнецов играют.

- Правда ли, что между Высоцким и Конкиным во время съемок сложились очень сложные отношения?

- Нет, нет. Конечно, у них тесной дружбы не было, но были нормальные отношения старшего с младшим.

-  «Место встречи изменить нельзя» многие зрители до сих пор считают вашей лучшей работой. А какие свои картины вы сами считаете лучшими?

- Я люблю многие свои фильмы. Например, я десять лет потратил на создание фильмов для детей - в тот период я снял такие фильмы, как «Робинзон Крузо» и «В поисках капитана Гранта», которыми до сих пор горжусь. Был случай, когда я снял фильм для самого себя, назывался он «Десять негретят». Это один из любимых моих фильмов, от которого я сам получил удовольствие. Одной из самых больших удач в своем творчестве считаю фильм «Ворошиловский стрелок», который, кстати говоря, произвел очень сильное влияние на общество. Говоря о своих любимых картинах, не могу не упомянуть о докуметальном цикле, в который вошел такой нашумевший фильм, как «Россия, которую мы потеряли».

- Вы сняли его в 90-ых годах, когда полностью ушли из художетсвенного кино в публицистику. Это была ваша гражданская позиция или в то время художественное кино утратило свою ценность?

- Это была гражданская позиция, когда у меня возникло ложное ощущение того, что в стране начинаются перемены, и какой будет страна зависит от каждого гражданина и от тебя в частности, но оказалось, что от нас ничего не зависит. К власти пришли те же прохиндеи, и мало того, что те же прохиндеи, но еще и те же коммунисты. Речь идет о 1991-ом годе.

- Вы часто экранизируете классику. Вы снимаете фильмы по вашим любимым произведениям?

- В основном, да. Я снимаю картины по тем произведениям, которые произвели на меня впечатление. Например, когда я собирался снимать для детей, то подумал, что надо бы экранизировать свои самые любимые детские книжки - «Робинзон Крузо», «Приключения Тома Сойера», «Дети капитана Гранта».

- Разве не опасно экранизировать классику? Есть риск, что начнут сравнивать фильм с книгой.

- Мне бы даже хотелось, чтобы они сравнивали мои фильмы с оригиналом, но в те времена, когда я начинал снимать эти фильмы дети уже прекратили читать и любить эти книжки, поэтому никто ничего ни с чем не сравнивнивал. Я уже тогда понимал, что дети никогда не прочтут «Дети капитана Гранта» или «Тома Сойера», поэтому захотел вернуть эти великие произведения с экрана.

- Вы как-то говорили, что публика от вас никогда не дождется блокбастеров. Почему так категорично, учитывая то, что именно вы сняли первый блокбастер в советском кино, я имею ввиду «Пиратов XX-го века», причем сняли по собственному сценарию?

- Никакой это не блокбастер, если учитывать то, что он обошелся нам в среднюю стоимость фильма. Получился такой романтический приключенческий фильм и если бы у меня были большие средства и сегодняшние возможности, то тогда бы это и был блокбастер, а по нынешним представлениям, это просто дешевка. На самом деле, хоть и нескромно так говорить, но это просто очень талантливая режиссерская работа, а возможностей тогда у нас было очень и очень мало.

- Вы читаете рецензии на собственные фильмы?

- Как правило, нет. Если хорошие рецензии, то читаю, а если плохие, то нет. Когда мне помощник приносит их, я спрашиваю: «Хорошая?» и, если он говорит, что нет, я говорю: «Ну, значит выброси». Не хочется силы и нервы тратить на это.

  • Номер выпуска N1-2 (51) 2016
Рубрика: LIFE

16 июня в столице Арцаха Степанакерте состоится Второй воздушный фестиваль Air Fest, главная цель которого - развитие малой авиации Арцаха и привлечение туристов.

Основатель уже давно полюбившегося всем экстремалам Yell Extreme Park-a и один из идейных инициаторов арцахского AirFest-a, пожалуй, и сам не понял, как идея фестиваля возникла в его голове, настолько спонтанно она пришла. Ее поддержали основатель проекта "Скай бол" Наири Барсегян, основатель и председатель федерации парапланеризма Армен Саргсян, начальник Гражданской авиации Республики Арцах , лётчик-ас Самвел Тевадян, а также два министерства республики Арцах - Министерство экономики и производственных инфраструктур и Министерство культуры, по делам молодежи и туризма.

В прошлом году это было незабываемым праздником для арцахцев и гостей Арцаха. В этом году ожидается грандиозное воздушное шоу, о котором более подробно расскажет в видеоинтервью сам Тигран Чибухчян.

  • Номер выпуска N1-2 (51) 2016
Рубрика: ПАНОРАМА
Воскресенье, 10 Июнь 2018 10:47

Урарту – забытое царство Ноя (ВИДЕО)

В Армении завершились съемки историко-познавательного фильма о предтече древней Армении - государстве Урарту. Фильм «Урарту. Забытое царство Ноя» снимался к 2800-летнему юбилею Еревана и является первой картиной в жанре документальной драмы, представляющей историю государства Урарту от момента возникновения до его падения. У зрителя появится возможность увидеть ожившие сцены из древней истории Армении, а также знаменитых исторических персонажей — царей Менуа, Аргишти и красавицу Семирамиду.

В качестве экспертов и участников фильма выступили историки и археологи, специалисты по древнему миру - Ирвинг Финекль (Британский музей), Михаил Пиотровский (Эрмитаж), Ашот Мелконян (Институт Истории НАН РА) и др.

«Как показали результаты исследований, в первую очередь данные археологии, армянское государство на территории Армянского нагорья возникло еще в начале III тыс. до нашей эры. Урарту - ассирийское название Араратского царства было чисто армянским государством» - сказал Ашот Мелконян

«Само открытие древнего государства с рабовладельческим строем, древнейшего государства на территории СССР было поводом для гордости и для армян, и для других народов, и для Советского союза в целом. И все мы в школе начинали проходить историю СССР с этих раскопок, история СССР начиналась с Урарту», — рассказал Пиотровский.

«В XIX веке, когда ученые стали проводить первые расшифровки Урарту, большим открытием стало то, что название Урарту читалось как библейское название Арарат, известное нам еще с Ветхого Завета, как место, где остановился Ноев ковчег. Урарту – это древнее государство, которое мы сегодня называем Арменией», — в рамках съёмок фильма рассказал британский историк и автор книги «От Междуречья до Арарата» Ирвинг Финкель.

Как рассказал «Собеседнику Армении» один из продюсеров картины Тигран Манасян - «Фильм делается для одного из Западных телеканалов, его формат, как у большинства западных фильмов 50 минут.  Фильм снимался с обилием компьютерной графики, таким образом воссоздавалась эпоха того времени. Костюмы и весь реквизит - шлемы, мечи, щиты были сделаны специально для фильма по реальным лекалам 3000-летней давности. Съемочный период длился чуть более двух недель, еще 4 месяца займет наложение компьютерной графики и монтажно-тонировочный период. Уже осенью 2018 года фильм будет готов, однако премьера его запланирована на 2019 год».

Генеральным продюсером проекта выступила армянская компания PARA TV. В фильме снялись популярные армянские актеры, а одного из крупнейших царей государства Урарту царя Сардури I сыграл Микаэл Погосян.

Съемки проходили в Армении в Араратской долине, в тех местах, где ранее располагались города и населенные пункты древнего государства Урарту. Создатели фильма постарались сделать максимум для полного ощущения зрителем той далекой, но очень интересной и загадочной эпохи.

  • Номер выпуска N1-2 (51) 2016
Рубрика: КУЛЬТУРА
Страница 1 из 3
Собеседник Армении
При использовании материалов ссылка
на «Собеседник Армении» обязательна
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции
Яндекс.Метрика