Среда 20 Января 2021

Как Мхитар Себастаци спасал армянский язык в Турции и создал католический орден

25 Ноябрь 2020
Автор:   Гоар Рштуни, Б. Акимова 123 Просмотров

В Эрзеруме, он увидел, как турки на базаре торгуют святыми армянскими манускриптами. Он продал своего осла, выкупил книгу – всего одну, денег хватило на самую дешевую и совсем ветхую. Книгу отдал в соседний монастырь, в котором поселился и сам. Там он стал «лечить книгу»: переписал все недостающие листы, подновил плохо читаемые буквы, слова. Настоятель, видя старания молодого саркавага (дьякона) уговорил его пожить в монастыре подольше и скопировать еще Евангелие. Этим саркавагом был будущий великий просветитель Мхитар Себастаци.

Родился Мхитар Себастаци ( прим. от рождения имел имя Манук) в славном городе Севастии (Сивас, западная Армения, территория современной Турции) в 1676 году. В десять лет поступил в школу монастыря Сурб Ншан (Святое знамение), где принял имя Мхитар (Утешитель). В пятнадцать лет получил сан саркавага (дьякона). В тот же год его взяли в Святой Эчмиадзин. Полтора года он бродил с места на место, зарабатывая на жизнь преподаванием, затем вернулся в Сивас, где посвятил себя чтению армянских, сирийских и греческих богословов. Был рукоположен в Сивасе в сан священника 1696 году, а в 1699 году получил церковную ученую степень вардапета.

Мхитар видел, как мало в обители книг, как не хватает грамотных людей - переписчиков, чтецов: за стенами монастырей положение было еще хуже... Переполненный печальными наблюдениями, он впервые обращается к верующим с проповедью. Он говорит о Слове - Бога и, отдельно, о родном языке, который нужен всем как воздух. Его слушали, дивились молодости и учености.

В устных преданиях о Мхитаре говорится, что когда на острове в Севанском озере, куда он переправился на лодке с паломниками, ему явилась Богородица, она повелела ему начать тот путь, который, в конце концов, привел его в Венецию. Вскоре после явления Богородицы он собрал скромные пожитки, самыми тяжелыми из которых были переписанные им книги. Все погрузил в хурджин (прим. традиционная восточная сумка, сотканная ковровой техникой), перекинул ее через спину осла и пошел к пристани...

Меняя города и монастыри, вместе с караваном паломников, направляющихся в Иерусалим, он приходит в Алеппо. Здесь Мхитар видит сирийцев, евреев, арабов и армян, живущих под властью турок. Проповедники с Запада, монахи из Ордена капуцинов, иезуиты, кармелиты. Мечети, церкви – армянские, сирийские несторианские, греческие православные, католические. Все, даже французский миссионер Болонье, с которыми сблизился Мхитар, говорят по-турецки.

Не тогда ли сердце Мхитара дрогнуло, душа переполнилась тоской? То, что он видел раньше и в других местах во время своих скитаний и паломничеств, выстроилось в единый образ гибнущего народа. Нет, его не убивали. Ремесленники работали: ткали ковры, стучали своими молотками чеканщики. Купцы торговали, отправляли караваны, снаряжали корабли. Семьи армян выдавали дочерей замуж, женили сыновей, матери присматривали за детишками. Но говорили между собой эти армяне часто по-турецки и даже в церкви армянский язык слушали, как чужой. А о том, чтобы написать и двух строк по-армянски и речи не шло. Не знали они букв, созданных для них Месропом Маштоцем, не помнили ни о великих царях Армении, ни о героях, погибших в сражениях за родную землю, ни о подвижниках армянского просвещения, ни о своих святых.

Пройдет несколько десятилетий - и Мхитар напишет грамматику армянского языка, уникальную в том отношении, что первая часть ее изложена по-турецки. Она обращена как раз к тем, кто забыл на чужбине свой родной язык.

 

Судьба готовила Мхитару много странствий и испытаний. Он отправляется в Рим поклониться святым могилам апостолов Петра и Павла. Тяжело заболев в пути, он высаживается на Кипре. У него лихорадка, малярия, врачебной помощи нет. В чужом иноязычном монастыре, в келье, открытой дождям и ветрам, без матраса и одеяла, с пожелтевшим лицом он обречен на гибель. Когда у него не хватало сил, чтобы добраться до трапезной получить свой хлеб и несколько олив, он просто голодал. Но нашлась добрая душа, священник. Он привез Мхитара к себе в соседний город, накормил, пригласил доктора. Силы постепенно возвратились. Именно в эти дни Мхитар полностью осознал свое предназначение…

Он возвращается в монастырь Сурб Ншан. Монастырская жизнь полна неприятия. Ему не могли простить связь с католиками, подозревали, что он отходит от армянского вероисповедания, от заповедей Григора Просветителя. Один не в меру рьяный блюститель канонов лично расправлявшийся с ересью: обыскал бумаги Мхитара и бросил его рукописи в огонь.

Мхитару всего двадцать лет! Он уже получил сан священника, и еще нечто очень важное – нашел несколько единомышленников. При этом он вряд ли думал о каком-то формальном объединении, так как не чувствовал себя их главой. Но он видел нескольких блестящих по уму и способностям, образованных молодых подвижников, горящих, как и он, желанием работать ради своего народа.

Мхитар направился с ними в Константинополь, где создал свою конгрегацию (союз). Уже тогда монахи посвятили себя книжному делу, сам Мхитар обучал своих учеников армянскому языку.

В июле 1700 года Мхитар поселяется в европейской части Полиса, в Галате, у армянского священника. Проповеди Мхитара в церкви привлекли всеобщее внимание, число его сторонников росло. Вместе со словом Божьим он несет идеи духовного и культурного возрождения своего народа. Его популярности стали завидовать, посыпались доносы. На Мхитара ополчились влиятельные ревнители чистоты Армянской Церкви, ее независимого пути, ее отделения от всех других христианских вероисповеданий. Они обвинили его в приверженности к католицизму.

Однако доносы на Мхитара были адресованы не только духовным иерархам, но и турецким властям. Жизнь Мхитара была в опасности. Турки совсем не желали усиления влияния Рима на турецких армян, и начали разыскивать Мхитара, чтобы расправиться с ним.

Мхитар решает организовать духовный орден монахов-ученых. Для этого он собирает своих сторонников на защищенную территорию монастыря капуцинов, который находившемся под дипломатической защитой Франции. Перед алтарем Святой Девы Марии они дают обет служения своему народу. Это был 1702 год. Так родилось новое братство!

Оттуда они бежали в Модон (Морею) (средневековое название полуострова Пелопоннес, в то время находившегося под контролем Венецианской республики).

В Модоне (прим. после взятия Константинополя крестоносцами в 1204 году город попал в руки венецианцев, которые построили здесь город-крепость, ставший оплотом венецианского контроля над полуостровом) Мхитар построил армянскую церковь и монастырь, заложив основы ордена. В 1712 году Папа Климент XI дал этому начинанию официальное одобрение и назначил Мхитара аббатом. Однако уже через три года между Венецией и Османской империей началась война, поставившая монастырь в Модоне под угрозу. В итоге монастырь был захвачен турками и разрушен.

А Мхитар с шестнадцатью спутниками на утлом суденышке приплыли в Венецию, чтобы основать там новый монастырь. Ступив на берег, он пошел повидаться с местными армянами. Нашлись влиятельные друзья. В результате сенат Венецианской республики издал специальный декрет. Мхитару предложили самому выбрать остров в лагуне и там обосноваться со своим орденом.

Он начал поиски и вскоре остановился на пустынном клочке земли неподалеку от острова Лидо, который своим протяженным длинным телом, как дамба, запирает венецианскую лагуну.

остров Святого Лазаря

 

Остров святого Лазаря имеет богатую и насыщенную историю. До основания там монашеского ордена остров не раз переходил из рук в руки. В 9-ом веке он был отдан аббату бенедиктинского монастыря, затем Венецианский сенат передал его больнице для бедных. В 12-ом веке здесь располагалась лечебница для прокаженных, поэтому остров стал называться «лазаретом» в честь святого Лазаря, который покровительствовал этим больным. Однако к половине 16-го века прокаженных почти не осталось, госпиталь перевели в другое место, а остров с 1601 года оказался заброшенным.

С конца 17-го до начала 18-го века остров св. Лазаря достался сначала иезуитам, затем светским владельцам. Один из частных лиц, дворянин Кристофоро Фрески, организовал на нем военную фабрику. Новый период в истории острова начался во время правления дожа Джованни Корнера, потомка последней царицы Армении Катерины. (Еще один армянский след…).

Заброшенная церковь, немногие строения, глядящие окрест своими окнами без стекол. Островок понравился Мхитару своей скромностью, умиротворенностью, тихой красотой и печальными руинами, словно ждущими, что их, наконец, коснется трудолюбивая рука. После настойчивых просьб и хлопот он получил от Сената Венецианской республики разрешение поселиться со своими помощниками на необитаемом в ту пору острове Св. Лазаря, площадь которого тогда составляла около 7000 кв. метров. Венецианские дожи Альвизе Мочениго и Коронаро своим актом от 16 августа 1716 года отдали и закрепили остров Сан Лаззаро за братством Мхитара.

Несмотря на постоянную занятость строительством и благотворительными делами, Мхитар Себастаци написал грамматику грабара (древнеармянского языка), грамматику ашхарабара (народного языка) и составил 3-томный толковый словарь армянского языка, содержавший 79 000 строк и имевший раздел собственных имен. Благодаря усилиям Мхитара Себастаци стало развиваться издательское дело, начатое еще его предшественниками. Хотя деятельность Мхитара Себастаци вела к усилению влияния Рима на Востоке, он в качестве исключения добился того, чтобы богослужение члены ордена вели по армянскому обряду и на армянском языке.

В 1733-1735-х годах он подготовил и издал Библию, уточнив весь ее текст в сравнении с семью языками. Для армянских школ мхитаристы издавали учебные пособия по языку, литературе, математике, физике, астрономии, земледелию... Большое место в их деятельности занимали переводы исторических трудов и произведений писателей разных эпох: Аристотеля, Платона, Плутарха, Сенеки, Гомера, Софокла, Эврипида, Вергилия, Данте, Шекспира, Корнеля, А. С. Пушкина, Н. А. Некрасова, Проспера Мериме и многих других... На острове Св. Лазаря хранится первый перевод на армянский язык басен И.А. Крылова, осуществленный Габриэлем Айвазовским – братом великого художника-мариниста Ивана Айвазовского. В братстве состояли поэты: сам Мхитар Себастаци, Арсен Багратуни (18 век), романтик Гевонд Алишан (19 век), впервые написавший цикл стихотворений «Песни Наапета» на новоармянском языке.

Так далеко от Армении, на Западе, в сердце Европы - был зажжен светильник армянской культуры. Начался армянский интеллектуальный Ренессанс 18-19 веков – возрождение, возвращение к жизни после стольких темных столетий, скитаний и исканий. И у истоков этого стоял монах Манук ди Пьетро (Мхитар Себастаци).

По материалам Гоар Рштуни, Б. Акимова

Собеседник Армении
При использовании материалов ссылка
на «Собеседник Армении» обязательна
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции
Яндекс.Метрика